-киноклуб- Геннадий Шпаликов (6 сентября 1937- 1 ноября 1974)
06 Сен 2009, 12:42
Поэт, драматург, сценарист,режиссер. Как писал драматург А. Володин, «его жизнь целиком уместилась в том времени, которое с войны дышало еще тяжело, но уже сулило неисчислимые радости жизни. Он писал так, как будто заранее думал о нас, чтобы мы вспоминали об этих временах наивных надежд, когда они станут прошлым. В жизни он успел быть только молодым. Его любили все...»
В 1964 г. на экраны страны вышел один из лучших фильмов отечественного кинематографа «Я шагаю по Москве». Песня с этим же названием, звучавшая в нем, и сценарий самого фильма принадлежали перу Геннадия Шпаликова. Москва в те времена была не совсем такой, как в фильме. Для одной из сцен пришлось красить дома в арбатском переулке, чтобы они лучше выглядели. Старались, чтобы везде было чисто, а люди были в светлой одежде. Тем не менее Москва 60-х годов, задорная, веселая, была узнаваема, осталась на экране, поэтому фильм с удовольствием смотрится и сегодня.
В 60-е годы Геннадий Шпаликов был одним из самых многообещающих и талантливых молодых кинематографистов. Его первой серьезной работой в кино стал фильм «Застава Ильича», постановку которого на студии имени Горького осуществил режиссер Марлен Хуциев. Фильм вышел в 1962 г., однако тут же был снят с проката как «идеологически вредный». Три года из него делали «идейно здоровое произведение», убирали все, что не ложилось в прокрустово ложе партийных решений и указаний, даже название сменили на более нейтральное — «Мне двадцать лет». Наконец в 1965 году фильм вышел на экран.
Для знаменитого фильма А. Тарковского «Иваново детство», рвавшего «Гран-при» на Венецианском фестивале, сцену-33 написал Геннадий Шпаликов. В последующем им было написано еще несколько сценариев, которые легли в основу любимых до сих пор фильмов: «Я родом из детства» (1966), «Ты и я» (1972), «Пой песню, поэт» (1973), кроме того, в 1967 г. вышла единственная режиссерская работа Шпаликова — фильм «Долгая счастливая жизнь». В ряде картин звучали и песни, написанные на его слова:
Людей теряют только раз,
И след, теряя, не находят,
А человек гостит у вас,
Прощается и в ночь уходит.
А если он уходит днем,
Он все равно от вас уходит.
Давай сейчас его вернем,
Пока он площадь переходит.
Немедленно его вернем,
Поговорим и стол накроем,
Весь дом вверх дном перевернем
И праздник для него устроим.
Начав жизнь счастливым творчеством, к концу жизни такие люди как Шпаликов в стране, где культ подвига уступал место культу потребления, почувствовали себя ненужными. У него не хватило характера сопротивляться диктатуре чиновников от кино, борьба которых со свободомыслием в начале 1970-х годов приобрела просто маниакальные формы. Вспоминал А. Володин: «...Я его встретил в коридоре киностудии, когда он работал над своим последним сценарием. Вид его ошеломил меня. В течение двух-трех лет он постарел, конечно, страшно. Он кричал, кричал, кричал...
— Не хочу быть рабом! Не могу, не могу быть рабом!.. Он спивался...»
Как зависит дар художника от того, на какой максимум счастья он способен! У Шпаликова этот максимум счастья был высок. Соответственно, так же глубока и пропасть возможного отчаяния. В1974 г. Шпаликов с питьем вне